ТРАГИЧЕСКИЕ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ В ТВОРЧЕСТВЕ А. И. СОЛЖЕНИЦЫНА

загрузка...
Голосуйте за сочинение

Александр Исаевич родился в 1918 году в Кисловодске. После средней школы закончил физико-математический факультет уни­верситета в Ростове-на-Дону. Воевал, командовал батареей. Был арестован в 1945 году в звании капитана. В 1953 году был освобож­ден и сослан в Казахстан. В 1956 году его реабилитировали, но не надолго. В 1974 году, после опубликования за рубежом первого то­ма книги «Архипелаг ГУЛАГ», он был выслан из страны. Таким образом были не только нарушены права человека, но и нанесен удар по русской культуре. Писателя оторвали от родной земли, от народа. Сначала он жил в Цюрихе, затем переехал в Америку и по­селился там, где все напоминало Россию.

«Архипелаг ГУЛАГ», «В круге первом», «Раковый корпус» — эти произведения направлены на борьбу за права человека, но в на­шей стране они появились легально лишь сравнительно недавно. На страницах этих книг разворачиваются перед читателем трагиче­ские страницы истории нашей страны. Те же мотивы прослежива­ются и в рассказах.

Примером служит рассказ «Матренин двор». Этот рассказ во

 

многом автобиографичен. Герой возвращается из ссылки в Россию, он стремится преподавать и становится учителем в сельской школе. Вначале его направляют в деревню Высокое Поле. И здесь мы ви­дим страшные последствия сталинского периода. «Увы, там не пек­ли хлеба. Там не торговали ничем съестным. Вся деревня волокла снедь мешками из областного города». Деревня, которая кормит го­род, не имеет продуктов своего труда. Как это контрастно выделя­ется на фоне прекрасной природы: «На взгорке между лужков, а потом других взгорков, цельно-обомкнутое лесом, с прудом и пло-тинкой». Учитель вынужден перевестись. Его направили на стан­цию Торфпродукт, где он поселился в деревне Тальново у Матрены Васильевны Григорьевой. В ее доме мы сталкиваемся с крайней беднотой: «Многие годы ниоткуда не зарабатывала Матрена Васи­льевна ни рубля, пенсии ей не платили… В колхозе она работала не за деньги — за палочки». Все имущество ее состояло из сундука, козы и колченогой кошки. Эта бедность не ее вина. «…Она была больна, но не считалась инвалидом; она четверть века проработала в колхозе, но потому что не на заводе — не полагалось ей пенсии», государство несправедливо отнеслось к этой женщине, а у нее не хватило характера, чтобы требовать. Помимо бедности мы видим бесхозяйственность: «Председатель новый… первым делом обрезал всем инвалидам огороды. Пятнадцать соток песочка оставил Матре­не, а десять соток так и пустовало за забором». Быт и существова­ние простых людей государство не беспокоило: «…не продавалось торфу жителям… Топлива не было положено», и такое отношение порождало воровство: «…воровали раньше лес у барина, теперь тя­нули торф у треста».

Страшным бедствием является бюрократия: «Из канцелярии в канцелярию гоняли ее два месяца — то за точкой, то за запятой». Это уничтожило веру государству: «Сегодня, вишь, дало, а завтра отымет». Но самое страшное — это гибель человеческой души. Этой проблеме отводится значительное место, и не только в расска­зе «Матренин двор», но и во всем творчестве писателя.

После смерти Матрены ее подруга Маша приходит к учителю и, поплакав, просит у него… кофточку покойной. То же происходит и на похоронах: «…плач над покойной не просто есть плач, а своего рода политика… Так плачи сестер были обвинительные плачи про­тив мужниной родни…» — на похоронах шел спор, кому владеть домом. После похорон о Матрене почти не вспоминают, а если и вспомнят, то «все отзывы о Матрене были неодобрительные: и не­чистоплотная она была; и за обзаврдом не гналась; и не бережная; и даже поросенка не держала; …и, глупая, помогала чужим людям бесплатно (и самый повод вспомнить Матрену выпал — некого бы­ло дозвать огород вспахать на себе сохою)*. Кого же могут воспи­тать такие люди? Неудивительно, что из детей бездушных вырас­тут преступники, ведь воспитание — это важнейшая ступень созда­ния человеческой личности. В одном из своих рассказов Александр Исаевич описывает такой случай. Во время войны на одной из станций к ее начальнику приходит солдат, отставший от своего эшелона. Вначале они беседуют. Начальника станции, в недавнем прошлом студента, а теперь офицера, интересует бывший до войны

 

артистом солдат. Они уже расставались, были выписаны проездные документы, когда солдат вдруг случайно произнес слово «господа», употребив его в разговоре о командирах. На наших глазах происхо­дит разительная перемена. Только что бывший радушным хозяи­ном, офицер становится подозрителен, он вспоминает все мелочи в разговоре, и приходит мысль, что перед ним шпион. Дальнейшее ясно: солдат попадает в НКВД. Смысл понятен: людям с детства внушили, что, если человек использует хотя бы раз слово, не упо­требляемое в обиходе большинства, он враг, несмотря на все другие положительные качества.

Книги Солженицына проникнуты безграничной любовью к Ро­дине и в то же время полны боли и сострадания за нее. В его твор­честве мы встречаем трагедию тюрем и лагерей, арестов невинов­ных граждан, раскулачивание трудолюбивых крестьян. Это та тра­гическая страница отечественной истории, которая нашла отраже­ние на страницах этого автора. Он учит нас тому, чтобы трагедия 1936—1953 годов не повторилась.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *