СПОРЫ О ЧЕЛОВЕКЕ В ПЬЕСЕ М. ГОРЬКОГО «НА ДНЕ»

загрузка...
Голосуйте за сочинение

Пьеса М. Горького «На дне» создана более
восьмидесяти лет назад. И все эти годы она
не переставала вызывать споры. Это можно
объяснить множеством проблем, поставлен-
ных автором, проблем, которые на разных
этапах исторического развития приобрета-
ют новую актуальность. Это объясняется и
сложностью, противоречивостью авторской
позиции. Повлияло на судьбу произведения,
на его восприятие то, что сложные, философ-
ски неоднозначные идеи писателя были ис-
кусственно упрощены, превращены в лозун-
ги, взяты на вооружение официальной про-
пагандой недавних лет. Слова: «Человек… это
звучит гордо!» становились нередко плакат-
ными надписями, почти такими же распрост-
раненными, как «Слава КПСС!», а сам моно-
лог Сатина заучивался наизусть.
Пьеса М. Горького — новаторское литера-
турное произведение. В центре ее — не столь-
ко человеческие судьбы, сколько столкнове-
ние идей, спор о человеке, о смысле жизни.
Ядром этого спора является проблема правды
и лжи, восприятие жизни такой, какова она
есть на самом деле, со всей ее безысходностью
и правдой для персонажей — людей «дна»,
или жизнь с иллюзиями, в каких бы разнооб-
разных и причудливых формах они ни пред-
ставали. Этот спор начинается задолго до по-
явления в ночлежке Луки и продолжается по-
сле его ухода.
Уже в самом начале пьесы Квашня тешит
себя иллюзиями, что она — свободная жен-
щина, а Настя — мечтами о великом чувст-
ве, заимствуя его из книги «Роковая любовь».
И с самого начала в этот мир иллюзий вры-
вается роковая правда. Не случайно бросает
свою реплику Квашня, обращаясь к Клещу:
«Не терпишь правды!». С самого начала пье-
сы, многое звучит как спор М. Горького с са-
мим собой, со своей прежней идеализацией
босяков. В костылевской ночлежке свобода
оказывается призрачной — опустившись на
«дно», люди не ушли от жизни, она настига-
ет их. И прежнее горьковское желание —
рассмотреть в босяках, люмпенах, людей, от-
торгнутых от нормальной человеческой жиз-
ни, прежде всего хорошее — также отступа-
ет на второй план. Эти люди жестоки друг
к другу, жизнь сделала их такими. И эта же-
стокость проявляется прежде всего в том,
с какой настойчивостью они разрушают ил-
люзии других людей, например, Насти, уми-
рающей Анны, Клеща с его надеждой вы-
браться из ночлежки, начать новую жизнь,
Барона, все достояние которого составляют
воспоминания о былом величии рода и кото-
рому Настя бросает в ожесточении реплику:
«Врешь, не было этого!».
В среде этих ожесточенных жизнью лю-
дей появляется странник Лука. И с его появ-
лением начавшийся уже спор о человеке, о
правде и лжи в его жизни обостряется. Всмот-
римся внимательнее в образ Луки. Прежде
всего отметим, что именно этот персонаж
пьесы вызывает наиболее ожесточенные спо-
ры, составляет ее драматургический нерв.
Лука утешает людей. Чем можно утешить
этих выброшенных из жизни, опустившихся
на дно ее бывших баронов, актеров, рабочего
человека, потерявшего работу, умирающую
женщину, которой нечего и вспомнить хоро-
шего о прожитой жизни, потомственного вора?
И Лука прибегает к лжи, как к словесному
наркотику, как к обезболивающему средству.
В обитателей ночлежки он вселяет иллюзии,
причем жизненный опыт его таков, что он
тонко чувствует людей, знает, что каждому
из них. важнее всего. И безошибочно нажи-
мает на главный рычаг человеческой личнос-
ти, обещая Анне покой и отдых на том свете,
Актеру — бесплатные лечебницы для алко-
голиков, а Ваське Пеплу — вольную жизнь
в Сибири.
Зачем врет Лука? Этот вопрос не раз за-
давали себе читатели и критики, размыш-
ляя над горьковской пьесой. Долгое время в
трактовках образа Луки преобладали отри-
цательные оценки, его обвиняли в равноду-
шии к людям, в корысти (само имя его по со-
звучию связано со словом «лукавый», а одно
из значений этого слова близко к нечистому,
к искусителю). Луку обвиняли и в том, что он
искушает людей своей ложью, а в качестве
главного обвинения называли смерть Актера.
Однако если всмотреться в то, что делает
Лука, вслушаться в его речи, понимаешь, что
механизм его утешительства проще и слож-
нее. Он просто не очерствел душою, нельзя
не согласиться с оценками, которые дает Лу-
ке Сатин: «Он врал… Но это только из жало-
сти к вам». Лука не просто обманывает, на
протяжении пьесы он творит реальное, дея-
тельное добро: утешает перед смертью Анну,
пытается усовестить Василису, Именно этот
странник предотвращает убийство Васькой
Пеплом Костылева (кстати, Сатин прямо тол-
кает Ваську на убийство: «…и чего ты не при-
шибешь его, Василий?!» — и далее: «Потом
женись на Василисе… хозяином нашим бу-
дешь…» И в Сибирь он советует Пеплу уйти
поскорее, потому что предвидит, добром это
дело не кончится, и предвидение его оказы-
вается правильным. Лука не просто врет Ак-
теру, он уговаривает его: «Ты только вот
чего: ты пока готовься! Воздержись… возьми
себя в руки и терпи…» И причина смерти Ак-
тера не в иллюзиях, а в их крушении, в про-
зрении, в сознании невозможности воздер-
жаться и взять себя в руки.
Лука не просто утешитель, он философ-
ски обосновывает свою позицию. Одним из
идейных центров пьесы становится рассказ
странника о том, как он спас двух беглых ка-
торжников. Главная мысль горьковского пер-
сонажа здесь в том, что спасти человека и
научить добру может не насилие, не тюрьма,
а только добро: «Человек может добру на-
учить… Пока верил человек — жил, а поте-
рял веру и удавился».
Итак, в пьесе, как можно убедиться, глав-
ный носитель добра — Лука, он жалеет
людей, сострадает им и пытается помочь
словом и делом. Авторская позиция в драме
М.Горького выражена, в частности, сюжет-
но. Последнее событие пьесы — смерть Ак-
тера — подтверждает слова Луки: поверил
человек, затем потерял веру и удавился.
Принято считать, что главным оппонентом
Луки в споре о правде является Сатин. Это
как будто бы и так, ведь именно он произно-
сит афоризм: «Ложь — религия рабов и хо-
зяев… Правда — бог свободного человека!»
Однако именно Сатин не только заступается
за старика, запрещая плохо говорить о нем,
но и произносит свой знаменитый монолог о
человеке, воплощая в жизнь идеи Луки.
В самом деле, что такое рассуждения, как не
словесный наркотик, призванный утешить
всех вокруг, во всех вселить иллюзию собст-
венной ценности, вне зависимости от реаль-
ных человеческих дел. Недаром именно по-
сле монолога Сатина в ночлежке начинается
пьяный разгул, и даже глашатай беспощад-
ной и злой правды Бубнов заявляет; «Много
ли человеку надо? Вот я — выпил и рад!»
И только известие о самоубийстве Актера
внезапно прерывает эту картину. Поэтому
так многозначно звучат последние слова пье-
сы, вложенные в уста Сатина: «Эх… испортил
песню… дур-рак!».
По-настоящему спорит с Лукой не Сатин,
а сам автор пьесы. Именно Горький показы-
вает, что спасительная ложь никого не спас-
ла, что вечно жить в плену иллюзий нельзя,
а выход из них и прозрение всегда трагичны,
а главное — что человек, живущий в мире
утешительной мечты, убаюкивающего обма-
на, примиряется со своей убогой, беспросвет-
ной реальной жизнью. Это приводит его к то-
му, что он соглашается терпеть — мотив этот
звучит в пьесе не раз, например, в словах
Анны: «Коли там муки не будет… здесь мож-
но потерпеть… можно!» или в притче о пра-
ведной земле — жил человек плохо, но тер-
пел в надежде найти когда-то иную жизнь.
Вот этого примирения с жизнью не приемлет
М. Горький. Спор писателя с Лукой — это во
многом спор с самим собой. Недаром совре-
менники вспоминали, что по своим человече-
ским качествам М. Горький был во многом
близок к этому страннику-утешителю. Неда-
ром он уже в период послереволюционный
написал киносценарий «По пути на дно», где
под влиянием идеологических догм разобла-
чил Луку, показал его как кулака, преступ-
ного и безнравственного человека. Но сце-
нарий этот оказался творческой неудачей
М. Горького, а пьеса «На дне» продолжает жить
и сегодня, вызывая многочисленные споры
и обретая новую актуальность.
Образ Луки долгое время оценивался в
литературоведении однозначно отрицатель-
но. Луку обвиняли в том, что он лжет из
корыстных побуждений, что он равнодушен
к людям, которых обманывает, наконец, что
в момент преступления он исчез из ночлеж-
ки. Но главное обвинение, которое предъяв-
лялось Луке, касалось его позиции, его отно-
шения к человеку. Он проповедует жалость,
милосердие, которые в прежние годы счита-
лись чем-то лишним, даже подозрительным,
этаким проявлением примиренчества, отступ-
лением от позиции борьбы с классовым вра-
гом (а врагов видели вокруг себя бесконечно
много), милосердие объявлялось «интелли-
гентской мягкотелостью», которая недопусти-
ма в условиях схватки двух миров. Не прини-
малось в позиции Луки и другое — то, что он
не зовет людей к борьбе, к революционным
действиям, радикальному изменению жизни.
Все это в давние годы считалось вредным
и чуждым человеку нового общества, «борцу
за светлое общество». Сегодня образ Луки
прочитывается во многом иначе, а поводом
к этому может послужить просто вниматель-
ное, непредвзятое знакомство с горьковской
пьесой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *