РЕЦЕНЗИЯ НА ПОВЕСТЬ В. Г. РАСПУТИНА «ПРОЩАНИЕ С МАТЕРОЙ» (III вариант)

...
Голосуйте за сочинение

Просматривая жизненный и творческий путь Валентина Григо-рьевича Распутина, испытываешь особое, захватывающее чувство на тех этапах его жизни, где происходит чудесное превращение де­ревенского мальчика в великого писателя: вот только он был шко­льником, как все, студентом, каких несколько миллионов, журна­листом, начинающим писателем, и их так много, вот он уже выпу­стил первую тоненькую книжечку очерков, а затем и рассказов в провинциальном издательстве — и таких тысячи, но вот он публи­кует «Деньги для Марии», «Последний сроке, потом «Живи и по­мни», «Прощание с Матерой» — и огромный успех, Государствен-ная премия, всесоюзная и мировая известность. Он уже единствен­ный в своем роде писатель и человек, всеми замеченный, прочитан­ный, обсужденный, переведенный на десятки языков мира.

Чтобы написать такую глубинную по содержанию книгу, как «Прощание с Матерой», нужна, конечно, не только талантливость писателя, чуткость художника, упорная тщательность в работе, но и глубоко личная уязвленность тем конкретным сюжетом, которая ляжет в основу творческой работы писателя. Это последнее условие лежит у Распутина на поверхности. Деревня его детства Атама-новка сама оказалась на дне Братского моря.

Писатель очень любил свою деревню, да и как не любить свою родину, место, где ты родился. Любовь к «малой» родине — это все равно что любовь к матери. Мать воспитывает ребенка, а природа выращивает. Ведь именно матушка-земля кормит, поит. Красота ее лугов, полей, лесов воспитывает наилучшие качества души челове­ческой. Так разве можно оторвать сына от матери, тем более такой красивой? Конечно, это противоестественно.

Красоту края, очарование природы мы можем оценить, исходя из воспоминаний самого Валентина Распутина: «Едва научившись ходить, мы ковыляли к реке и забрасывали в нее удочки, еще не окрепнув, тянулись в тайгу, начинавшуюся сразу за деревней, со­бирали ягоду и грибы, с малых лет садились в лодку и самостояте­льно брались за весла, чтобы грести к островам, где косили сено, а

 

потом снова шли в лес — больше наших радостей и наших занятий

была связь с рекой и тайгой. Это была она, известная всему свету река, о которой слагались вечные легенды и песни, единственная дочь Байкала, об удивительной красоте и поэзии которой я храню самые чистые и святые воспоминания».

Склонность Распутина к глубинному созерцанию природы, спо­собность чувствовать окружающий мир, несомненно, черпается из опыта общения с природой в избранные моменты проникновенного с ней контакта.

Всю эту необыкновенную красоту первозданной природы и не­обычайную грусть при расставании с ней отражает Распутин в по­вести «Прощание с Матерой».

Распутинское «Прощание с Матерой» одновременно и идейный гребень и итог целого направления нашей литературы шестидеся­тых — семидесятых годов.

Повесть «Прощание с Матерой» не случайно начинается со слов: «И опять…» Это не просто описание какой-то конкретной весны, а обобщающий взгляд на то, что «бывало много раз», внутри чего всегда находилась Матера; опять ледоход, зелень, возвращение птиц, первые дожди, начало сева.

Глазами Дарьи производит Распутин смотр острова, его природ­ного ландшафта. «От края до края, от берега до берега хватало в ней и раздолья, и богатства, и красоты, и дикости, и всякой твари по паре — всего, отделившись от материка, держала она в достат­ке — не потому ли и назвалась громким именем Матера».

Деревня, обитающая на этом острове, повидала на своем веку многое. Знала войну, наводнение, и пожар, и голод, и разбой.

Была в деревне и церквушка, как положено, на высоком чистом месте, хорошо видная издали с той и с другой протоки. Худо-бедно жила деревня, отделенная от внешнего мира быстротечной водой Ангары.

Здесь росли ребятишки, гуляли молодые, доживали свой век старые.

Но вот страшное известие сотрясло мирную деревушку: строив­шаяся поблизости гидроэлектростанция вскоре затопит деревню Матера. Любой разговор, о чем бы он ни был, в какое бы время ни перебрасывался, кого бы ни метил, кончался он всегда одним: под­ступающим затоплением Матеры и скорым переездом.

Конечно, власти позаботились о жителях и выделили каждой семье дом в новом поселке городского типа и в скором времени все должны были переселиться. Но хотели ли переезжать жители? На этот вопрос каждый отвечал по-разному.

Одни были рады предстоящей смене обстановки и не скрывали этого. Клавка Стригунова так и говорила: «Давно надо было уто­пить. Живым не пахнет… не люди, а клопы да тараканы. Нашли где жить — средь воды… как лягушки».

Конечно, в большинстве своем молодежь была рада переселе­нию, ведь не было у них за плечами тех лет жизни на острове Ма­тера, как, например, у старшего поколения.

Самая старая в деревне — старушка Дарья. Характер видения Дарьи поражает редкой конкретностью и точностью, она настоя-

 

щий «философ», со своей глубоко оригинальной мировоззренче­ской интуицией и системой ценностей.

Ты не просто человек, творящий себя с нуля или которого с того же нуля формирует жизнь, ты — сын или дочь, большая часть тебя уходит в прошлое, в предков, они дали тебе все: само существова­ние, оставили в наследство навыки, умения, средства. Таково внут­реннее, неизымаемое ощущение Дарьи. Отсюда и ее глубоко лич­ная тема ответственности перед умершими. Поэтому переселение для нее смерти подобно.

Часто с Дарьей проводит время Настасья, а также Сима с вну­ком Колей, который «смотрел на старух с каким-то недетским, горьким и кротким пониманием». Заходил и Богодул, «ступая мед­ленно и широко, тяжелой, навалистой поступью, сгибаясь в спине и задирая большую лохматую голову, в которой воробьи вполне могли устраивать гнезда». Старухи Богодула любили. Неизвестно, чем он их привораживал, чем брал, но только заявлялся он на по­рог к той же Дарье, она бросала любую работу и кидалась к нему встречать, привечать.

Они привыкли друг к другу, любили бывать вместе. Безусловно, для них жизнь вдали друг от друга не представляет интереса. Кро­ме того, они слишком любили свою Матеру. «Тут все знакомо, об­жито, проторено, тут даже и смерть среди своих виделась собствен­ными глазами ясно и просто — как оплачут, куда отнесут, с кем рядом положат».


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *