ПОЭТИЧЕСКОЕ НОВАТОРСТВО В. МАЯКОВСКОГО

Голосуйте за сочинение

Я-не верю стихам,
которые — льются.
Рвутся — да!
М. Цветаева
В 1928 году Маяковский в автобиографии
«Я сам» пишет о своих первых поэтических
опытах: «Перечел все новейшее… Разобрала
формальная новизна* Но было чуждо. Темы,
образы не моей жизни. Попробовал сам пи-
сать так же хорошо, но про другое. Оказа-
лось так же про другое нельзя». Именно из
этого юношеского убеждения автора следует
исходить, говоря о том новом, что в содержа-
тельном и формальном аспекте внес поэт в
литературу.
На мой взгляд, особенного внимания в
связи с данной темой заслуживает ранний
период творчества, проходивший под знаком
футуризма. Именно футуризм предопреде-
лил такие черты авторской эстетики и поэти-
ки, как демонстративный отказ от достиже-
ний предшествовавшей культуры, своего ро-
да «шоковая терапия» посредством эпатажа
и сатирического осмеяния, увлечение индус-
триально-городской тематикой, революцион-
ный пафос, страсть к экспериментаторству,
созданию новых художественных форм, ис-
пользованию новых художественных средств.
Сам Маяковский, оценивая роль футуризма
в своей творческой биографии, пишет: «Для
меня эти годы — формальная работа, овла-
дение словом».
Однажды другой великий поэт, Б. Пас-
тернак, сказал:
В стихи б я внес дыханье роз,
дыханье мяты…
Совсем по-другому звучит творческое
кредо Маяковского. Для него главное —
«сердце с правдой вдвоем», сплав личного,
лирического и общественного, исторического.
Все, происходящее в мире, происходит и в
сердце поэта. Политика для него становится
таким же объектом поэзии, как и любовь.
Автор чувствует себя сопричастным истории,
и эта сопричастность соединила в его стихах
«личное» и «общее», непосредственно вклю-
чив первое во второе. Потому и оказались
возможными — среди описаний революцион-
ных атак, пожаров, социалистического стро-
ительства — строки:
Не домой,
не на суп,
а к любимой
в гости
две
морковинки несу
за зеленый хвостик,
Маяковского иногда упрекают в том, что
он практически полностью изъял из своей
поэзии тему природы. Как бы поддразнивая
критиков, автор заявляет: «После электриче-
ства бросил интересоваться природой. Не-
усовершенствованная вещь». В стихотворе-
нии «Тамара и Демон» есть такие ироничес-
кие строки по адресу поэтов-«пейзажистов»:
От этого Терека
в поэтах
истерика.
Хотя сам же герой затем признается:
Стою,
и злоба взяла меня,
что эту
1 дикость и выступы
с такой бездарностью
променял
на славу,
рецензии,
диспуты.
На мой взгляд, подобный отказ можно
объяснить словами другого русского поэта-
гражданина: «Еще стыдней в годину горя кра-
су небес, долин и моря и ласки милой воспе-
вать». Объектом творчества у Маяковского
служат зачастую предметы весьма прозаиче-
ские, он сам называет себя певцом «воды ки-
пяченой».
Да, «когда б вы знали, из какого сора
растут стихи!» Переезд рабочего на новую
квартиру, покупка чемодана, разговор с фи-
нинспектором, размышления о работе ма-
шинисток — вот некоторые темы поэзии
Маяковского.
Своеобразие творческого метода поэта яр-
ко проявляется в его любовной лирике. Мая-
ковский создает высокую гражданственную
поэзию любви — любви, которая не отрывает
человека от жизни, а соединяет с ней еще бо-
лее крепкими нитями:
В поцелуе рук ли,
губ ли,
в дрожи тела близких мне
красный
цвет
моих республик
тоже
должен пламенеть.
Или же наоборот — любовный конфликт
осложняется социально-бытовым:
Любовная лодка разбилась о быт.
Автор демонстративно отвергает «любо-
ночков» и «любят», его чувство, — любовь —
«громада» — противопоставляется тому, что
бывает у других: «Если б быть мне косноязыч-
ным, как Дант или Петрарка! Душу к одной
зажечь!» Любовь делает титаном самого героя:
он больше, чем океан, громче, чем гром, ярче,
чем солнце:
Что может хотеться этакой глыбе?
А глыбе многое хочется.
Любовь — вот то, что просит, чего тре-
бует герой, без чего он не может существо-
вать.
Для нового содержания Маяковский ищет
новую, соответствующую ему форму. Ритми-
948
ка, рифма, лексика, синтаксис стиха подчи-
нены одной цели: дать ему максимальную
эмоциональную выразительность. В цикле
«Стихи об Америке» мы читаем: «ваши ста-
тишки», «сотня этажишек» — уменьши-
тельные суффиксы становятся уничижи-
тельными; добавьте к этому разговорный
оборот «втереть очки» и новообразование «его
препохабие» — и перед нами картина жиз-
ни, по отношению к которой каждый совет-
ский человек чувствует себя превосходно.
Маяковский смело использует разговорную
лексику:
Очень мне надо
сияньем моим поитъ
земли отощавшее лонце.
Вырываясь за пределы общепринятого
языка, поэт сам творит слова: «декабрый»,
«новогодие», «прозаседавшиеся». Совершен-
но иной, не похожей на бывшее ранее, стано-
вится у Маяковского стихотворная строка.
Господствующее в течение двух веков силла-
бо-тоническое стихосложение перестает «ра-
ботать» в его поэзии. «Четырехстопный ямб
мне надоел», — как писал некогда А. С. Пуш-
кин. Не количество и расположение слогов
скрепляют строку, а интонация и смысловой
акцент. Именно поэтому Маяковский прибе-
гает к оригинальному графическому оформ-
лению стиха: он разбивает строку, печатает
ее «лесенкой». Каждый выделенный отрезок
становится как бы ступенькой, подсказы-
вающей читателю паузу, изменение интона-
ции, — обычных знаков препинания, знаков
остановки перед «препоной», препятствием,
поэту не хватало. Это новшество — лесен-
ка — остается непривычным до сих пор, но у
Маяковского оно как нельзя более уместно,
так как его стихи (стихи агитатора) предназ-
начены для чтения вслух.
Особую экспрессивную нагрузку выпол-
няет рифма. Ее задача — придать смысло-
вую и интонационную законченность отрезку
стиха, усилить и закрепить эмоциональное
воздействие слова, вернув читателя к уже
прочитанному.
Поэтическое наследие Маяковского вели-
ко и неоднозначно. В него входят и такие
шедевры, как «Послушайте!», «Себе, люби-
мому, посвящает эти строки автор», «Облако
в штанах», и стихи на злобу дня, один этот
день и жившие. Многое в творчестве Мая-
ковского сложно, а порой и невозможно при-
нять. Но, оценивая его произведения, следу-
ет помнить, что поэзия — факт биографии,
и создается она по тем же законам, что
и окружающая действительность. Время, ког-
да жил Маяковский, — время многих ката-
клизмов в судьбе страны, время поиска но-
вых путей ее развития, и оно наложило свой
отпечаток на творчество поэта. В попытках
добиться предельного уровня экспрессии,
который отвечал бы новому жизненному со-
держанию — будь то любовь, политика, ис-
кусство, — Маяковский создает свой, ори-
гинальный творческий метод. Своей целью
автор поставил писать «так же хорошо, но
о другом» — с акцентом на «хорошо», в дан-
ном случае. То, что он оставил после себя —
новое, несомненно, талантливое, — доказы-
вает, что поэт добился осуществления заду-
манного.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *