МЕСТО И РОЛЬ Н. Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО В ОБЩЕСТВЕННОМ ДВИЖЕНИИ 60-Х ГОДОВ XIX ВЕКА

...
Голосуйте за сочинение

В эпоху, когда жил и творил Чернышев-
ский, изменился характер и тип русской ин-
теллигенции, ибо изменился ее социальный
состав. Если в 40-е годы она состояла в ос-
новном из дворян, то в 60-е она стала разно-
чинной. Феномен общественного мнения —
достижение 60-х годов, его еще не было в
40-е — время свободно мыслящих одиночек,
объединявшихся в небольшие кружки. Разно-
чинцы сыграли в российском обществе роль
закваски, вызвав могучее брожение, которое
в конце концов привело к революции. Боль-
шинство разночинцев с детства знали, что
такое унижение, голод и нужда. Некрасов с
сочувствием изобразил быт студентов и раз-
ночинцев: . л
Питаясь чуть не жестию,
Я часто ощущал
Такую индижестию,
Что умереть желал.
А тут ходьба далекая…
Я по ночам зубрил;
Каморка невысокая,
Я в ней курил, курил…
Интересно отметить, что немало интелли-
гентов этого нового поколения вышло из ду-
ховного сословия. Сыновья священников,
бывшие семинаристы Чернышевский и Доб-
ролюбов стали нигилистами и глашатаями
революционных идей. Чернышевский был не
только идейным вождем разночинной интел-
лигенции, он изменил нравственный облик
эпохи. Современники единодушно отмечают
высокие нравственные качества этого «ниги-
листа» и «утилитариста». Он с героическим
смирением вынес каторгу и ссылку. Этот
апологет практической пользы и популяри-
затор теории,«разумного эгоизма» говорил:
«Я борюсь за свободу, но я не хочу свободы
для себя, чтобы не подумали, будто я борюсь
из корыстных целей».
Круг интересов Чернышевского был чрез-
вычайно широк: он изучал философию, есте-
ственные науки, политическую экономию, ис-
торию, знал европейские языки. Однако куль-
турный уровень Чернышевского, как и боль-
шинства разночинцев, был гораздо ниже
уровня культуры и образования идеалистов
40-х годов. Таковы неизбежные издержки
процесса демократизации во все времена!
Однако единомышленники Чернышевского
прощали ему и отсутствие литературного та-
ланта, и скверный язык его публицистичес-
ких и философских статей, ибо не это было
главным. Его мысль, облеченная в тяжело-
весную и малоизящную форму, заставляла
задуматься лучшие умы не только в России,
но и в просвещенной Европе.
Несмотря на идейную преемственность,
поколение разночинцев резко отличалось от
предыдущих вольнодумцев из дворян. Порой
между ними пролегала непроходимая про-
пасть, которую разночинцы сами же углуб-
ляли. Сравним Чернышевского и Герцена.
Хотя их связывало общее дело и самое ис-
креннее дружеское расположение, они ни-
когда не могли быть полностью единодушны.
Чернышевский писал о Герцене: «Какой ум-
ница! И как отстал! Ведь он до сих пор дума-
ет, что он продолжает остроумничать в мос-
ковских салонах и препираться с Хомяком.
А время теперь идет со страшной быстро-
той… Присмотреться — у него все еще внут-
ри московский барин сидит». Для «реалиста»
Чернышевского Герцен так и остался пре-
краснодушным «идеалистом»…
Разночинцы 60-х годов не признавали
свободной творческой игры избыточных сил,
их «реализм» был беден, их сознание пре-
дельно сужено и сосредоточено на том, что
представлялось им главным. Их характерной
чертой становится аскетизм, унаследованный
всеми следующими поколениями революцио-
неров. Борцы за всеобщее счастье, которые
вдохновлялись идеями Чернышевского, были
безбожниками и аскетами, они сознательно
отказывались от надежд на потустороннюю
жизнь, а при этом в земной жизни выбирали
лишения, тюрьмы, преследования и смерть.
В глазах радикально настроенной молодежи
эти люди выгодно отличались от тех лице-
мерных христиан, которые прочно держались
‘за земные блага и смиренно рассчитывали на
вознаграждение в будущей жизни.
Чернышевский отнюдь не был лишь ру-
пором их идей, который из тихого уютного
кабинета вдохновлял их на жертвенный по-
двиг, он был одним из них. Пусть он заблуж-
дался, но все же это был крестный путь, ведь
он отдал жизнь за всех несчастных и обездо-
ленных.
Владимир Набоков, резко отрицательно
оценив его литературное и идейное наследие,
завершил главу, посвященную Чернышев-
скому (она составляет часть романа «Дар»),
такими поэтическими строками:
Что скажет о тебе далекий правнук твой,
То славя прошлое, то запросто ругая?
Что жизнь твоя была ужасна?
Что другая могла бы счастьем быть?
Что ты не ждал другой?
Что подвиг твой не зря свершался, ~
Труд сухой в поэзию добра попутно а
И белое чело кандальника венчая
Одной воздушною и замкнутой чертой?


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *