ИДЕЙНО-ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СВОЕОБРАЗИЕ ПОЭМЫ А. БЛОКА «ДВЕНАДЦАТЬ»

...
Голосуйте за сочинение

И была роковая отрада
В попиранъи заветных святынь…
А. Блок
В январе 1918 года А. Блок создает са-
мую знаменитую свою поэму — создает за
несколько дней, в едином вдохновенном по-
рыве. Обычно требовательный к себе, он,
оценивая свое творение, пишет: «Сегодня я
гений». Напечатанная в феврале поэма вы-
звала бурные и противоречивые отклики.
О ней говорили везде. Многое в ней казалось
неприемлемым собратьям по литературе.
Взрывом негодования была она встречена со
стороны российской интеллигенции. Бунин
обрушился на автора с гневной критикой,
некоторые из друзей отвернулись от него.
Но, несмотря на это, поэма Блока по праву
заняла свое место в истории русской лите-
ратуры.
В «Двенадцати» Блок запечатлел образ
той революции, в которую он верил, которая
открылась ему в заревах пожаров, в метелях,
в дыхании России. Автор показал в своей по-
эме революцию как очистительный пожар, в
огне которого все старое должно быть унич-
тожено;
Мы на горе всем буржуям
Мировой пожар раздуем,
Мировой пожар в крови —
Господи, благослови!
В каждой строчке мы слышим музыку
революции, — ту, которую Блок призывал
слушать «всем телом, всем сердцем, всем со-
знанием». Но она у него уже не непонятный
и’ едва слышимый гул, как в ранних стихах,
а мощная симфония времени: смех и плач
894
вьюги, обрывки революционных песен, выст-
релы, шаги красноармейцев.
Творческий метод Блока-символиста яр-
ко проявляется и в этом его произведении:
именно с помощью символов автор показыва-
ет происходящее. Старый, прогнивший мир,
представителями которого становятся у Бло-
ка «буржуй на перекрестке», «длиннополый»
поп, реакционный интеллигент, презритель-
но названный «витией», олицетворен в поэме
уличным псом:
И старый мир, как пес безродный,
Стоит за ним, поджавши хвост.
Или:
Старый мир, как пес паршивый,
Провались — поколочу!
Блок показывает послереволюционный
хаос и анархию как неизбежный процесс, со-
путствующий великой ломке. Сама револю-
ция показана в поэме в обобщенно-символи-
ческом образе вселенского ветра, метели, вры-
вающейся в жизнь обывателя:
Черный вечер.
Белый снег.
Ветер, ветер!
На ногах не стоит человек.
Это стихия, пусть очистительная, но без-
жалостная, разрушительная. И ее предста-
вителями становятся двенадцать красногвар-
дейцев. О каждом из них в отдельности не
сказано ничего, но вместе они — сила, кото-
рая разрушит мир «до основанья». Сами же
они весьма смутно осознают, какова их цель.
Автор показывает в начале поэмы, как мно-
го у них общего с обыкновенными уголовни-
ками:
В зубах — цигарка, примят картуз,
На спину б надо бубновый туз?
Их продвижение по улице должно стать
символом их эволюции. На первом этапе сво-
его пути двенадцать предстают анархистами,
разрушителями. Им ничего не стоит паль-
нуть «в святую Русь». У них есть только их
«святая злоба», но нет организованности. Их
ведет ненависть, а не любовь к людям. Их
влечет свобода — «эх, без креста». Их дви-
жение стихийно, инстинктивно и гибельно
порою не только для врагов. У них нет Бога
в высшем смысле этого слова: старая рели-
гия — религия рабов — для них неприемле-
ма, а новую они еще не обрели. И тут автор
показывает бессмысленное, ничем не оправ-
данное убийство — это кульминация дейст-
вия поэмы. После нее в повествовании все
меняется. Внутреннее потрясение заставля-
ет героев осознать свое предназначение, от-
бросить анархистский и несерьезный подход
к своей революционной деятельности. Исче-
зают игривые реплики, посторонние разгово-
ры, строчки приобретают строгость, чекан-
ность ритма:
Революционный держите шаг!
Неугомонный не дремлет враг!
И дальше двенадцать героев идут уже
«державным» шагом — то есть они полно-
стью осознают свою ответственность за судь-
бу страны:
В очи бьется
Красный флаг.
Раздается
Мерный шаг.
Будучи ранее частью стихии, отныне две-
надцать должны сами бороться с ней. Однако
до самого конца они идут «без имени святого»,
а значит, не понимая и не принимая оконча-
тельно идеалов новой жизни. И тогда Елок
выводит фигуру Христа, который ведет геро-
ев с кровавым флагом:
И за вьюгой невидим,
И от пули невредим,
Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз
Впереди — Иисус Христос.
Образ Христа не поддается однозначному
толкованию. То ли это еще не узнанный и не
признанный Бог, вождь, то ли не видимая в
метели жертва, то ли немой свидетель и су-
дья. Намеренно или нет, автор оставил недо-
сказанным это в своей поэме. Решать — са-
мому читателю и его времени.
В поэме «Двенадцать» Блок выступил
также и как реформатор в области художе-
ственной формы. Перемену обычной манеры
он обосновал тем, что писать о новом, о рево-
люционном необходимо новым языком. По-
этому произведение представляет собой ра-
зительный контраст по сравнению с написан-
ным ранее.
Поэма состоит из двенадцати небольших
главок — по числу заглавных героев. При
этом автор не избежал символистского увле-
чения магией чисел — ведь мистическая «на-
груженность» числа «двенадцать» общеизве-
стна. К тому же именно столько апостолов,
учеников было у Христа, а библейские мо-
тивы входят в поэму непосредственно с его
образом. «Двенадцать» можно назвать дра-
матической поэмой, так как главным в ней
является действие, носителем которого вы-
ступают главные герои. Большую часть пове-
ствования составляют реплики и диалоги
персонажей. У каждого из них свой язык: у
убогой старушки, у барыни, у писателя, у
красноармейцев. Поэме свойственно разнооб-
разие художественно-речевых стилей, ее
язык включает лексику возвышенно-поэти-
ческую и просторечную, даже вульгарную.
Политические лозунги, фольклорные моти-
вы, городской романс, разбойничьи песни и
частушки — автор как будто стремится вы-
разить все многоголосие улицы, используя
различные жанры художественной речи. Так-
же разнообразны ритм и размер стиха: от ча-
стушечного до маршевого, от четырехстопного
хорея до дольника.
Сочетание различных речевых стилей,
жанров, ритмов, сама драматическая форма
поэмы позволили Блоку выразить, воплотить
то, что он называл «музыкой революции», ее
многоголосие, стихийность. Поэт стремился к
единству содержания и формы, и его по-
эма — яркое тому подтверждение. В то же
время Блок не избегает и привычных симво-
листских приемов и методов.
В своей поэме автор старался как можно
точнее отразить то, что он видел и чувство-
вал. Его точка зрения может быть принята
не всеми. В принципе, искусство не требует
признания своих образов за действительность,
а тем более, за единственно возможную исти-
ну. Поэму «Двенадцать» можно трактовать
по-разному, особенно теперь, когда стали из-
вестны предсмертные слова Блока о том, что
поэму следует уничтожить, как неудавшую-
ся. Я же считаю, что поэт свято верил, хотел
верить в то, что написал, в величие и бла-
городство замыслов и путей революции, но
уже в 1921 году сумел увидеть, как далеки
его мечты от реальности. А поэма живет как
неоспоримое свидетельство напряженного
поиска — идейного ли, формального — ее
автора.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *