ЧИЧИКОВ — ДЕЛЕЦ-ПРИОБРЕТАТЕЛЬ (вариант 2)

...
Голосуйте за сочинение

В июне 1836 года после тяжелых пережи-
ваний, вызванных премьерой «Ревизора», Го-
голь уезжает за границу. И работа над новым
произведением становится главным делом
писателя. Сюжет «Мертвых душ», как и сю-
жет «Ревизора», Гоголю подсказал Пушкин.
Первоначальное желание «…показать хотя
бы с одного боку всю Русь» постепенно пере-
растает в замысел «сочинения полного», «где
было бы уже не одно то, над чем следует
смеяться». Вскоре Гоголь отказывается от
первоначального наименования «роман», ост-
ро ощущая непохожесть вещи на существу-
ющие прозаические жанры: «…вещь, над
которой… тружусь теперь… не похожа ни на
повесть, ни на роман…» Поэма, но не в сти-
хах — как у Пушкина роман, но не в прозе.
И, следуя задуманному, в центре поэмы не
герой, а «антигерой» аферист Чичиков.
Гоголевский Чичиков — образ необыкно-
венный, скорее даже не образ, а какая-то
сверхмагическая сила. На протяжении поч-
ти всего первого тома Чичиков неуловим как
для полиции, так и для людей, с которыми
ему приходится сталкиваться. С самого на-
чала Гоголь представляет своего героя так,
что мы не можем сказать о нем что-то кон-
кретное. «В бричке сидел господин, не кра-
савец, но и не дурной наружности, ни слиш-
ком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать,
чтобы стар, однако и не так, чтобы молод», —
пишет Гоголь.
В чувствах Гоголя к Чичикову вложено
отношение писателя к России того времени.
Вопрос, куда идет Россия, занимавший Гого-
ля, заставляет его отправлять Чичикова в
путешествие, сталкивать героя с «мертвыми
душами». Гоголь строит поэму в двух срав-
нительных, развивающихся ракурсах, изоб-
ражая мертвую Россию, Россию помещиков
и чиновников губернского города, и приходя-
щую ей на смену Россию Чичиковых.
Россия Чичиковых, представленная в по-
эме одним героем, гораздо более важна для
понимания авторского осуждающего смеха.
Жизнь Чичикову досталась нелегкая. Рано
оставшись без родительской поддержки,
наш герой был вынужден пробиваться в
жизни своим умом, манерами, обходительно-
стью, тем более, что особыми талантами он
не блистал. Навсегда запомнив завет отца,
«а пуще всего береги копейку, копейкой все
прошибешь», Чичиков все свои силы подчи-
няет деятельности по «складыванию копей-
ки». Гоголь рисует Чичикова так, что мы не
можем понять, что представляет из себя
этот человек. Гоголь пишет: «О себе приез-
жий, как казалось, избегал много говорить,
и если же говорил, то какими-то общими
местами, и с заметной скромностью». Един-
ственное, чем Гоголь оживляет своего ге-
роя, — это чувство страха, присущее каждо-
му человеку. Пожалуй, один только Ноздрев
догадывается о сущности Чичикова, потому
что сам подлец. «Ведь ты большой мошен-
ник, позволь мне это сказать тебе по друж-
бе. Если бы я был твоим начальником, то я
бы тебя повесил на первом дереве», — радо-
стно орет Ноздрев. И Ноздрев, и Чичиков —
авантюристы, только проявляется это в раз-
ных планах.
Жадность погубила Чичикова, и остался
однажды Павел Иванович без должности,
без капитала в пятьсот тысяч, без того, что
уже обещало ему успех. Хорошая черта Чи-
чикова — это умение не унывать. Его жиз-
ненная философия сводится к принципу:
«Зацепил — поволок, сорвалось — не спра-
шивай». Уже эти небольшие штрихи, скла-
дывающиеся в набросок портрета Чичикова,
говорят о том, что личностью он был неза-
урядной, широкой и чистосердечной в аван-
тюре. Мелкие планы уживались в нем с жи-
востью натуры. Огромный опыт, накоплен-
ньш за долгое время службы, особенно опыт
в знании человеческих душ, непреодолимая
страсть к обогащению не позволили герою по-
сле краха впасть в отчаяние, а, напротив, по-
двиглд на осуществление «блестящей идеи»,
навестившей Чичикова в дни уныния. Мо-
шенническая операция с «мертвыми душа-
ми» сулила солидный барыш.
Чичиков — великолепный психолог, благо-
даря этому он превосходит всех помещиков
города N. в их сущностных чертах: Манило-
ва — в прожектерстве и обходительности, Но-
здрева — в изощренности фантазии, Собаке-
вича — в прижимистости и индивидуализме,
Плюшкина — в «светлой жадности». Чичиков
как бы выступает одновременно Маниловым,
Ноздревым, Собакевичем и Плюшкиным в их
общих чертах.
«Камнем преткновения» Чичикова стала
Коробочка, превзошедшая Пал Иваныча в
тупости и «дубиноголовости». Кто бы мог до-
гадаться, что «черт ее дернет» приехать в го-
род справиться о цене на мертвую душу!
Подлость «притянула» подлость и «за-
хлебнулась» в подлости. Чичиков терпит по-
ражение. Так и хочется заметить: знал бы,
где споткнешься, соломки бы подстелил! Об-
щительность, хватка и невероятное чутье ге-
роя тем не менее не всегда могут подсказать
ему «тонкие места», потому что в огромной
Руси часто невозможно разобраться, где кон-
чается одно и начинается другое. Буржуаз-
ная эпоха, зреющая в глубине помещичьей
России, помогла Чичикову приобрести от-
личные от других героев черты. Поэтому к
выражению «Чичиков — делец-приобрета-
тель» можно было бы добавить — «в россий-
ских условиях».
«Милый подлец» Чичиков все же остает-
ся подлецом, какими бы деловыми качества-
ми он ни обладал. И хотя многие говорят, что
Чичиков — славный малый, Чичиков не пе-
рестанет быть дельцом в том понятии, в ко-
торое на Руси всегда вкладывали отрица-
тельное значение. Вот почему мы вместе с
Гоголем испытываем легкую грусть каждый
раз, когда встречаемся с Павлом Ивановичем
Чичиковым, одновременно и симпатизируя
оптимизму Чичикова, и осуждая предмет
страсти героя — деньги, которые делают его
подлецом.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *