АФОРИСТИЧНОСТЬ ФРАЗ ИЗ РОМАНА И. С. ТУРГЕНЕВА «ОТЦЫ И ДЕТИ»

Голосуйте за сочинение

Известно, что половина стихотворных
строк «Горя от ума» А.С.Грибоедова стала
пословицами, как и предсказывал А. С. Пуш-
кин. О баснях И.А.Крылова нечего и гово-
рить. Но в русской литературе существует
еще один источник афоризмов — роман
И. С. Тургенева «Отцы и дети». Может быть,
это не такой богатый источник, как произве-
дения Грибоедова и Крылова, может быть,
афористичность высказываний Базарова и
других героев романа не так широко вошла
в наш речевой обиход, но и жанр философ-
ского романа Тургенева — это не жанр коме-
дии или басни. И все-таки афоризмы База-
рова известны. «Природа не храм, а мастер-
ская». Авторская позиция, да и весь строй
романа отрицают эту базаровскую философ-
скую концепцию. Да и сам Базаров к концу
романа приходит к осознанию своей ошибки.
Но фраза осталась, а вторая половина ее («че-
ловек в ней работник») не раз выдавалась не-
которыми литературоведами чуть ли не за
аналог горьковского высказывания: «Чело-
век — это звучит гордо». Хотя, разумеется,
эти девизы отнюдь не тождественны.
Хорошо, конечно, что другое высказыва-
ние Базарова — всем известные слова о «по-
рядочном химике» («Порядочный химик в
двадцать раз полезнее всякого поэта») — не
стало руководством к действию для более
поздних «деятелей прогресса». Хотя ныне
забытая дискуссия о «физиках» и «лириках»
в пору научно-технической революции, лет
тридцать — сорок назад, проходила практи-
чески под этим же девизом.
Достаточно точно сформулировал Турге-
нев устами своего героя кредо физиологов
(И. Павлова и других). «Мы с тобой те же
лягушки», — объяснял Базаров дворовым
мальчишкам физиологию человека. Злове-
щий смысл этой фразы, вложенный в нее
Тургеневым, раскрылся в первой половине
XX века, когда «Роковые яйца» и «Собачье
сердце» М. Булгакова показали весь ужас
такого упрощенного подхода к природе и че-
ловеку.
Афоризмы Базарова о воспитании чело-
века, о психологии и сложной душевной
жизни, которую он в начале своего поприща
склонен был отрицать, тоже несут в себе пу-
гающе-пророческий смысл, неясный, конеч-
но, для героя, но предчувствуемый автором.
«Люди что деревья в лесу»… Отсюда один
шаг до знаменитого: «Лес рубят — щепки
летят».
Если древний человек видел в дереве
дриаду, в’ ручье — наяду, то есть душу, то от
физиолога Базарова, не желавшего видеть
душу в самом человеке, один шаг до какого-
нибудь киборга. И вполне в духе этой логит
ки отношение Базарова к любви. У лягушек
разве есть любовь? А людей он уподоблял
лягушкам. Значит, нет таинственных отно-
шений между мужчиной и женщиной. В то-
талитарном государстве герой Тургенева
сделал бы карьеру Благодетеля из романа
Замятина. Личность отменяется, любовь отме-
няется. Свобода мысли тоже ни к чему. Сво-
бодно не мыслят уже ни женщины, ни муж-
чины. Впрочем, для себя Базаров оставляет
некоторую недосягаемую для других высоту.
Известно его высказывание: «Когда я встре-
чу человека, который не спасовал бы передо
мной, тогда я изменю свое мнение о самом се-
бе». Значит, все окружающие лягушки, «твари
дрожащие», а Базаров, оказывается, «право
имеет», говоря словами другого «сверхчело-
века», который уже не лягушек «расплас-
тал», а человека убил. И для Раскольникова
человек тоже был лягушкой, «вошью». Впро-
чем, некоторые интересные в анатомическом
отношении экземпляры таким сверхчелове-
кам очень нравятся.
«Этакое богатое тело! Хоть сейчас в ана-
томический театр» — так оценивает Базаров
прекрасный экземпляр «той же лягушки» —
Одинцову.
Герой Тургенева сообразил довольно по-
здно, что он «атом», «математическая точка».
Раньше он готов был отказаться даже от не-
ба («Я гляжу в небо только тогда, когда хочу
чихнуть»), а теперь увидел, что «может быть,
всякий человек — загадка». Последний афо-
ризм в жизни Базарова — его поэтичные
слова, обращенные к Одинцовой: «Дуньте на
умирающую лампаду, и пусть она погаснет».
И слова эти сказал уже не тот Базаров, кото-
рый гордо провозглашал: «Рафаэль гроша
медного не стоит». И не тот Базаров, который
рекомендовал или даже требовал «не гово-
рить красиво». Страшное, гибельное ослеп-
ление, за которое Базаров поплатился жиз-
нью, которое он осознал (недаром последние
его слова — перифраз из «Гамлета» — «те-
перь темнота»), — удел тех, кто посягает на
загадку жизни, предсказанный автором ве-
ликого романа.
Но есть в романе герой, которому принад-
лежит ключевой афоризм. Он высказан Пав-
лом Петровичем: «Материализм, который вы
проповедуете, был уже не раз в ходу и все-
гда оказывался несостоятельным». Об этом
и написан роман Тургенева. В романе пока-
зано, как потерпела крах «передовая» тео-
рия, выраженная в афоризмах, потому что
никакие умники и сверхчеловеки, никакие
Базаровы, самые «передовые и умные»,
не смогут понять «живую жизнь», а тем паче
сформулировать ее сущность эффектными
и броскими словами.
Итак, средства выражения авторской по-
зиции в тургеневском романе многообразны.
Это и композиция произведения, и авторские
характеристики, и комментарии, и деталь
(зачастую символическая), и пейзаж. Моти-
вы и образы предшествующих произведений
(реминисценции из пушкинской поэзии, «Ге-
роя нашего времени» Лермонтова, баллад
Жуковского, даже греческой мифологии) со-
здают своеобразный литературный и мифо-
логический контекст романа, помогающий
выявить авторскую позицию. По-разному
можно интерпретировать такое, казалось бы,
точное, ясное, напоминающее формулу на-
звание.
И все-таки этот роман всегда останется
одним из самых загадочных произведений
мировой литературы наряду с «Горем от ума»
А. С. Грибоедова. В обеих этих книгах отра-
жены извечные противоречия человеческой
жизни — максимализм юности и житейская
умудренность, бескомпромиссность и умение
прощать, дерзание и философская созерца-
тельность… Что лучше? Ответ на этот во-
прос — в вечности, в спокойствии «равно-
душной природы», в последних, примиряю-
щих строках романа «Отцы и дети».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *